САРАФАНОВЫ ПАВЕЛ АВДЕЕВИЧ И ВЛАДИМИР АВДЕЕВИЧ
САРАФАНОВ ПАВЕЛ АВДЕЕВИЧ (1924 — 1943) — дедушка старшего государственного инспектора отдела земельного надзора и контроля за безопасным обращением с пестицидами и агрохимикатами по Свердловской области Козьмина Константина Алексеевича.
После совершеннолетия в 1943 году ушел на фронт. Принимал участие в битве на Курской дуге. В возрасте 19 лет пропал без вести.
САРАФАНОВ ВЛАДИМИР АВДЕЕВИЧ (1922-1998) — дедушка старшего государственного инспектора отдела земельного надзора и контроля за безопасным обращением с пестицидами и агрохимикатами по Свердловской области Козьмина Константина Алексеевича.
Ушел на войну в 1941 году. После Победы Красной Армии и советского народа над нацисткой Германией продолжил службу в рядах вооруженных сил СССР, имеет государственные награды: Орден Красной Звезды, Медаль За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. Окончил службу в войсках Противовоздушной обороны г. Москвы в звании подполковника.
Воспоминания родной сестры фронтовиков Банных (Сарафановой) Валентины Авдеевны (25.07.1926 — 17.11.2016), ветерана труда, агронома-семеновода Бородулинского совхоза (п. Октябрьский Сысертский район Свердловская область)
На каникулы — мобилизационный лист или
вклад юношей и девушек военных лет в Победу!
«…в начале Великой Отечественной войны мы были подростками 14-15-16 лет. Самое время радоваться жизни, влюбляться, бегать на свидания…
А нам было не до того. Мужчины ушли на фронт, вся тяжесть работы в тылу легла на плечи женщин и нас, подростков. Мы, как могли, помогали взрослым приблизить день долгожданной Победы.
Я в 1941 году закончила 7 классов. Старшие классы пришлись на военные годы. Как только заканчивался учебный год, сразу же приносили из сельсовета мобилизационный лист, а также хлебную и рабочую карточку. И уже нельзя было пропустить ни одного дня.
Работали в колхозе, чаще всего на сенокосе и уборке урожая. В нашей бригаде набиралось примерно 20 подростков. А руководил бригадой пожилой мужчина. Он был добрый, никогда не кричал, не обижал нас, заботился как о родных детях. А мы беспрекословно его слушались.
Жили в длинном бараке, там и спали на нарах, покрытых сеном. Домой ездили, чтобы только помыться в бане.
Сначала нас везли на силосование дикорастущих трав. Зеленую массу сбрасывали в яму, а там мальчишка ездил на лошади верхом — трамбовал.
После силосования заготовляли сено в 10-15 километрах от дома. Когда дни были сильно жаркие, то косили рано утром, до завтрака. После завтрака шли переворачивать кошенину, после обеда гребли и складывали сено в копны. А после ужина снова брали в руки литовки, шли косить.
Жила я тогда в Шалинском районе, где сенокосные угодья расположены по лесам, вдоль речек, поэтому почти все приходилось делать вручную. Вручную убирали и горох на колхозных полях. Жали, складывали в кучки, которые потом складывали на телеги и везли к скирдам.
На уборке ржи применялась лобогрейка. Это такая косилка, запряженная в пару лошадей, где рядом с возницей сидел еще один человек, который из скошенных колосьев формировал сноп, нажимал на педаль сбрасывал его с платформы. Мы должны были завязать этот сноп и оттащить в сторону. Приходилось целый день перебегать от снопа к снопу, быстро и туго связывать колосья. Когда ездовой останавливал лошадей отдохнуть, мы должны были собрать все снопы и поставить их в суслоны (несколько снопов, поставленных в поле для просушки стоймя, колосьями вверх, и покрытых сверху снопом же), собрать граблями все до одного потерянные колоски. А Там, где колосья остались на корню после машины, надо было их срезать серпом.
Потом, начинали жать пшеницу и овес. Иногда жали и вручную. Бригадир, бывало, отмерит норму, да еще пол-нормы прибавит «для Победы».
Никто в то время не обижался на бригадира и на судьбу вообще. Понимали, что надо работать, что наш труд необходим фронту.
Заканчивали работу поздно вечером. К вечеру часто приезжал председатель колхоза и давал установку: «К концу дня это поле закончить». Вот уже и снопов не видно. Теперь главное — нащупать их и отбросить в сторону, чтобы лошади не растоптали. Уже потом, рано утром, пока ездовой приводит в порядок машину, точит сегменты режущего аппарата, мы приводим в порядок каждый свой участок. Не дай Бог, найдет уполномоченный хоть один колосок — позор.
Руки распухали до такой степени. что утром было больно умываться, все заусеницы ободраны, кровоточат. Иной раз перевяжешь пальцы тряпочками, но они недолго держатся, до первого снопа. А потом уже не обращаешь внимания на боль…».
Банных (Сарафанова) В.А. росла с двумя братьями Сарафановым В.А., Сарафановым П.А. и сестрой Сарафановой Г.А.
В конце войны, в 1945 году Банных В.А. поступила учиться в Свердловский сельскохозяйственный институт на агронома, в 1949 — закончила. С 1953 года до ухода на пенсию работала в Бородулинском совхозе.